Смысл жизни в регуляции жизненного пути личности. Часть 6

Рассмотрим несколько философско-психологических концепций, обращенных к проблеме целевых структур в системе смысловой регуляции жизненного пути личности. Так, известный философ Л.Н.Коган разворачивает вопрос о соотношении смысла жизни, жизненных целей и планов в плоскость отношений сознания и реального жизненного пути личности. По его мнению, категория смысла жизни имеет объективное содержание, которое заключается в объективной направленности и объективных результатах жизнедеятельности человека. Возникает законный вопрос: имеет ли смысл жизни тот, кто не осознает его, и как тогда жизненные цели и планы связаны со смыслом жизни? В качестве исходного предположения исследователь принимает тезис о том, что смысл жизни и цель жизни являются категориями однопорядковыми, но не эквивалентными одна другой. Наличие у субъекта жизненной цели уже предполагает наличие смысла жизни, на базе которого вырастает эта цель. Оторванность сознательно сконструированной цели от объективной направленности жизненного пути может спровоцировать внутренние коллизии по типу «измены самому себе». Смысл жизни подчиняет все жизненные цели и является своеобразной «сверхзадачей» жизнедеятельности человека. Смысл жизни пронизывает и тем самым скрепляет совокупность жизненных целей индивида. В то же время смысл жизни неотделим от тех жизненных целей, которые порождаются им и конкретизируют его. Смысл жизни как общее присутствует в каждой жизненной цели как в частном и раскрывается, насыщается конкретным жизненным содержанием только через нее. «Смысл жизни характеризует человеческую деятельность прежде всего со стороны ее направленности, ведущей тенденции и цели... Осознание смысла жизни требует от личности разработки жизненных планов и программ, рассчитанных как на ближайшую, так и на длительную перспективу».

Таким образом, по мнению Л.Н.Когана, опосредованность смысла жизни сознательно поставленными целями и задачами является сущностной характеристикой активности личности как субъекта жизни.

Системный характер целевой регуляции жизненного пути и репрезентации смысла жизни в жизненных целях личности схвачен в понятии «жизненная программа», которое предлагается украинскими философами Л.В.Сохань и М.В.Кирилловой. Авторы понятия отталкиваются от общефилософского понимания жизнедеятельности как сознательно и произвольно регулируемой и организуемой активности личности. Атрибутом человеческой жизни является то, что свою судьбу человек делает предметом сознания и воли, а посему является ее творцом. В этой связи жизненная программа трактуется как одно из психологических средств саморегуляции, самосовершенствования и самовоспитания личности. Жизненная программа обладает мобилизующим и организующим свойством и является «идеальным средством превращения возможности в действительность». От единичной жизненной цели жизненная программа отличается по признакам системности и интегративности. Жизненная программа всегда - матрица генеральных целей жизненного пути личности, ядро жизненной позиции и субъективное основание индивидуальной линии жизни. Жизненная программа вырабатывается личностью на основе смысла жизни и детализируется в жизненных планах. Последние позволяют пересматривать и корректировать жизненную программу с учетом реального динамизма жизни и фактуры жизненных обстоятельств. В процессе созидания жизненной программы проявляется активность и избирательность личности как субъекта жизни.

Зависимость между качеством личности как субъекта жизни и активностью целеполагания, планирования, прогнозирования жизненного пути констатирует украинский философ И.О.Марты-нюк. От того, насколько человеку удастся выразить смысл своей жизни в системе жизненных целей, планов и программ зависит, «будет ли он хозяином судьбы или же безвольно подчинится жизненным обстоятельствам». Жизненные цели исследователь определяет как одно из звеньев цепочки личностных образований, опосредующих отношения смысла жизни и деятельности. Место жизненной цели в трехзвенной смысловой структуре деятельности определяется тем, что жизненная цель появляется от смысла жизни и далее трансформируется в дробные задачи и планы. Чтобы стать фактором, детерминирующим жизненный путь, смысл жизни должен воплотиться в жизненных целях, а жизненные цели, в свою очередь, зарядиться мотиваци-онной силой от смысла жизни. Между конечными и промежуточными целями устанавливаются отношения смыслообразования: жизненные цели «придают смысл более конкретным и частным целям».

Особое внимание в исследованиях целевой регуляции жизненного пути личности уделяется жизненным планам. Общепризнанным является то, что жизненные планы уточняют смысловое содержание жизненных целей в конкретных жизненных обстоя-тельствах и функционируют как одно из звеньев смысловой регуляции жизненного пути.

Таким образом, смысл жизни, жизненные цели и планы являются взаимосвязанным звеньями единой системы смысловой регуляции жизненного пути личности. Разработанность системы целесмысловой регуляции жизненного пути, бесспорно, является психологическим признаком личности как субъекта жизни и одним из параметров смысловой регуляции жизненного пути.

В задачи настоящего исследования не входит сопоставление всех доводов «про» и «контра» для каждой рассмотренной концепции. Исследование направлено на систематизацию и интеграцию положений современной психологии в области изучения личности как субъекта жизни. На основании результатов те256

оретического анализа попытаемся обобщить и концептуализировать относительно инвариантные положения, повторяющиеся независимо друг от друга в разных концепциях. Это поможет преодолеть фрагментарность понимания личности как субъекта жизни в контексте разных школ и направлений академической психологии и привести партикулярные трактовки к общему теоретическому «знаменателю».

Во-первых, необходимо констатировать связь субъект-ности жизни со смысловой регуляцией жизнедеятельности личности и, в частности, со смыслом жизни как интегральной основой субъекта жизни. Это концептуальное положение отстаивают представители практически всех проанализированных концепций: А.Адлер, К.Юнг, Р.Мэй, В.Франкл, Д.Бьюдженталь, С.Мадди, И.Ялом, Ш.Бюлер, А.Маслоу, Г.Олпорт, К.А.Абульхано-ва-Славская, Л.И.Анцыферова, Б.С.Братусь, Н.А.Логинова, С.Л.Ру-бинштейн, А.Н.Леонтьев, Ф.Е.Василюк, Д.А.Леонтьев, К.Попель-ский, М.Страс-Романовская, К.Обуховский, В.Э.Чудновский, Н.Л.Карпова, Ю.Б.Некрасова. Перечисленные авторы солидаризируются по вопросу о том, что смысловая регуляция и смысл жизни являются психологическими предпосылками самодетерминации поведения и жизненного пути личности.

Во-вторых, необходимо отметить единодушие исследователей по вопросу о специфичности логики личностной регуляции жизненного пути и об отличии личностной логики детерминации жизненного пути от объективной логики развития жизни, заданной внешними обстоятельствами. На наличие у личности как субъекта жизни особой смысловой или субъективной логики детерминации собственного жизненного пути указывают следующие авторы: А.Адлер, К.Юнг, К.А.Абульханова-Славская, Л.И.Анцыферова, Д.А.Леонтьев, М.Страс-Романовская, К.Попельский, В.Франкл, Д.Бьюдженталь, С.Мадди, Н.А.Логинова. Все названные авторы сходятся во мнении, что аутентичной для субъекта жизни логикой регуляции жизненного пути является логика смысла, логика субъективности, логика индивидуальности, финалистическая логика, телеологическая логика или логика интенциональности.

В-третьих, необходимо подчеркнуть, что общепризнанным является противопоставление смысловой регуляции жизненного пути личности каузальной детерминации. Примечательно то, что смысловую и каузальную регуляцию замыкают в оппозиционный биполярный конструкт, по которому можно шкалировать индивидуальную меру субъектности жизни. При этом доминирующая каузальность отождествляется с несубъектным способом бытия, а доминирование смысловой регуляции полагают как признак субъектности жизни. На этих положениях настаивают следующие исследователи: А.Адлер, Ш.Бюлер, Г.Олпорт, А.Мас-лоу, Р.Мэй, С.Мадди, Д.Бьюдженталь, М.Страс-Романовская, К.По-пельский, К.А.Абульханова-Славская, Л.И.Анцыферова, Б.С.Бра-тусь, Д.А.Леонтьев.

В-четвертых, исследователи акцентируют внимание на содержании смысла жизни личности как субъекта жизни, которое должно быть в высшей мере одухотворено - освещено общественно полезными или общечеловеческими духовными ценностями. При этом смысл жизни «отстраивается» от элементарных потребностей, которые придают его содержанию преимущественно индивидуалистический, эгоцентрический характер. Комбинация культурных ценностей и простейших потребностей в структуре источников смысла жизни рассматривается как индивидуальная характеристика личности в качестве субъекта жизни (А.Адлер, К.Юнг, Г.Олпорт, А.Маслоу, Х.Томе, В.Франкл, С.Мадди, И.Ялом, С.Л.Рубинштейн, К.А.Абульханова-Славская, Л.И.Анцыферова, Б.С.Братусь, Д.А.Леонтьев, Н.А.Логинова, В.Э.Чудновский, А.А.Бодалев, Ю.Б.Некрасова).

В-пятых, исследователи практически в унисон говорят о том, что личность как субъект должна осознавать содержание смысла своей жизни для того, чтобы руководить своей судьбой сознательно и ответственно. Рефлексивный способ бытия контрастирует с несубъектным способом, при котором смысл жизни остается неосознанным и неведомым для личности (А.Адлер, К.Юнг, Ш.Бюлер, Г.Олпорт, А.Маслоу, Р. Мэй, С.Мадди, Д.Бьюдженталь, И.Ялом, Э.Берн, М.Страс-Романовская, К.По-пельский, С.Л.Рубинштейн, В.П.Зинченко, В.И.Слободчиков, К.А.Абульханова-Славская, Л.И.Анцыферова, С.И.Степанов, Е.П.Варламова, А.С.Сухоруков, Д.А.Леонтьев, Ф.Е.Василюк, Н.А.Логинова, В.Э.Чудновский, А.А.Бодалев, М.Р.Гинзбург, Н.Л.Карпова).

В-шестых, исследователи солидарны в том, что для нормального формирования личности в качестве субъекта жизни необходим высокий уровень общей осмысленности жизни, в то время как фрустрация потребности в смысле жизни блокирует развитие субъектности. К этому положению присоединяются А.Адлер, К.Юнг, Р.Мэй, В.Франкл, С.Мадди, Д.Бьюдженталь, И.Ялом, М.Страс-Романовская, К.Попельский, С.Л.Рубинштейн, К.А.Абульханова-Славская, Л.И.Анцыферова, Б.С.Братусь, Д.А.Леонтьев, Ф.Е.Василюк, М.Р.Гинзбург, Ю.Б.Некрасова, Н.Л.Карпова.

В-седьмых, некоторые исследователи обращаются к особенностям структурной организации смысла жизни личности как субъекта жизни. В ряду наиболее типичных особенностей они постулируют широту, высокую степень субординации и структурированности смысловых отношений личности к собственной жизни. Напротив, аморфность структуры смысла жизни находят фактором, подавляющим субъек-тную активность личности. Эту особенность отмечают С.Л.Рубинштейн, А.Н.Леонтьев, К.А.Абульханова-Славская, Л.И.Анцыферо-ва, Д.А.Леонтьев, В.Э.Чудновский, П.М.Якобсон, Н.Л.Карпова.

В-восьмых, определенная часть исследователей характеризуют временные параметры смысла жизни, присущие личности как субъекту жизни. По их мнению, относительно равномерное распределение смысла жизни в континууме времени жизни с акцентом на будущем является гарантией оптимального временного режима жизнедеятельности. Это положение поддерживают А.Адлер, К.Юнг, Г.Олпорт, А.Мас-лоу, В.Франкл, Х.Томе, К.Попельский, Б.Г.Ананьев, С.Л.Рубинштейн, К.А.Абульханова-Славская, В.И.Ковалев, Ф.Е.Василюк, Л.И-.Анцыферова, А.С.Сухоруков, Б.С.Братусь, Д.А.Леонтьев, Н.А.Логинова, П.М.Якобсон, В.Э.Чудновский, А.А.Бодалев, М.Р.Гинзбург.

В-девятых, практически единогласно исследователи утверждают, что личности как субъекту жизни присущ высокий уровень активности в практической реализации смысла жизни, в то время как не субъект пассивен и индифферентен в отношении реального воплощения жизненных замыслов. Высокий уровень активности в осуществлении смысла жизни как признак субъекта жизни расценивают А.Адлер, Ш.Бюлер, Г.Олпорт, А.Маслоу, Х.Томе, Р.Мэй, В.Франкл, Д.Бьюдженталь, М.Страс-Романовская, К.Попельский, С.Л.Рубинштейн, Б.Г.Ананьев, К.А.Абульханова-Славская, Л.И.Анцыфе-рова, Б.С.Братусь, Ф.Е.Василюк, Н.А.Логинова, В.Э.Чудновский, П.М.Якобсон, А.А.Бодалев.

В-десятых, исследователи вменяют личности как субъекту жизни функции планирования жизненного пути, полага-ния жизненных целей и программирования жизнедействий, посредством которых эти цели могут быть достигнуты. В то же время не субъект инактивен в отношении жизненных целей, планов и программ (А.Адлер, К.Юнг, Х.Томэ, С.Л.Рубинштейн, Б.Г.Ананьев, Б.Ф.Ломов, В.И.Шорохова, К.А.Абульхано-ва-Славская, Л.И.Анцыферова, П.М.Якобсон, А.А.Бодалев, Л.Н.Коган, И.О.Мартынюк, Е.И.Головаха, Л.В.Сохань).

В совокупности рассмотренные подходы и концепции убеждают в том, что субъект жизни является системным качеством личности, а смысловая регуляция - особым качественным уровнем детерминации, не сводимым к другим уровням и системам психической регуляции индивидуального жизненного пути. Более того, на основании подробного анализа этих подходов представляется возможным синтезировать критерии и компоненты личности как субъекта жизни в единый непротиворечивый блок параметров смысловой регуляции жизненного пути.

В целостной системе осознанной саморегуляции смысловые структуры и процессы личности выполняют системообразующую и интегрирующую функцию. В этой связи сформированность смысловой регуляции жизненного пути является главной предпосылкой развития личности в качестве субъекта жизни. Уровень и качество психического развития субъекта жизни производны не только от возрастно-психологических факторов, но также зависят от индивидуальных параметров регуляции жизненного пути смыслом жизни. Эти параметры определяют качество и уровень самодетерминации личностью жизненного пути в силу того, что смысл жизни выступает в качестве «функционального ядра» целостной системы психобиографичесекой осознанной саморегуляции.

Смысловая регуляция жизненного пути личности характеризуется двумя классами индивидуальных параметров - межсистемными, отражающими функциональное соотношение смысловой регуляции с другими системами психической детерминации, и внутрисистемными, раскрывающими внутреннюю структурно-функциональную организацию смысловой регуляции. Универсальным межсистемным параметром смысловой регуляции жизненного пути личности является функциональное соотношение смысла жизни с другими регуляторами не смысловой природы. Из класса внутрисистемных характеристик можно вычленить следующие параметры смысловой регуляции жизненного пути личности: соотношение каузальных и смысловых межсобытийных связей в системе психической регуляции жизненного пути, уровень общей осмысленности жизни, баланс личностных ценностей и индивидуальных потребностей в динамической системе смысла жизни, структурная организация смысла жизни (по признакам широты, иерархичности и структурированности), степень осознанности смысла жизни, уровень активности его практической реализации, временная локализация смысла жизни, опосредованность смысла жизни жизненными целями, планами и программами. Выделенные параметры являются дифференциальными характеристиками, которые позволяют специфицировать индивидуальные различия смысловой регуляции жизненного пути и установить уровень развития личности как субъекта жизни.

Результаты теоретического анализа отечественных и зарубежных концепций свидетельствуют, что личность как субъект жизни характеризуется следующими показателями по выделенным параметрам смысловой регуляции жизненного пути: доми-нированием смысла жизни среди прочих регуляторов не смысловой природы; преимущественной ориентацией на смысловые, а не на каузальные межсобытиные связи (телеологичность психической регуляции жизненного пути); высоким уровнем общей осмысленности жизни; преобладанием в структуре источников смысла жизни общечеловеческих и макросоциальных ценностей; широтой, иерархичностью и структурированностью как индикаторами внутренней структурной организации смысла жизни; высокой активностью в практической реализации смысла жизни; глубоким пониманием, осознанностью содержания смысла жизни; транспективной или перспективной локализацией смысла жизни на оси психологического времени; опосредованностью смысла жизни жизненными целями, планами и программами.

Напротив, низкий уровень развития субъекта жизни детерминирован недостаточной включенностью смысла жизни в систему психической регуляции жизненного пути; доминированием каузальных межсобытиных связей над смысловыми связями в структуре субъективной картины жизни; низким уровнем общей осмысленности жизни; ориентацией личности на индивидуальные потребности, а не на бытийные общезначимые ценности как источники смысла жизни; сравнительной узостью, низкой иерахизацией и слабой структурированностью смысла жизни; низкой активностью в сфере осуществления смысла жизни; неосознанностью или неглубоким пониманием содержания смысла жизни; концентрацией смысла жизни во временных модусах психологического прошлого или настоящего; малой опосредованностью смысла жизни жизненными целями, планами и программами.

Предложенная концепция открывает перспективу для конкретно-психологических исследований личности в качестве субъекта жизни. Эти исследования могут быть организованы как диффренциально-психологические, возрастно-психологичес-кие, социально-психологические, патопсихологические и, соответственно, выявлять индивидуальные и возрастные различия, социальную детерминацию и патологическую деформацию субъект-ности жизни. В конечном итоге общей задачей этих исследований является раскрытие того, каким образом личность превращает свою жизнь в индивидуальный жизненный путь, и сама превра-щается из «продукта» биографии в ее творца.